Опубликован: 17.04.2016 | Доступ: свободный | Студентов: 920 / 172 | Длительность: 21:30:00
Специальности: Историк
Лекция 2:

Государственное и политическое развитие стран Востока

1.5.12. Арабские революции и соперничество сверхдержав

Арабский мир вступил во вторую половину XX в., далеко не порвав с узами колониальной зависимости. На территории почти всех арабских стран (за исключением Сирии, Ливана, Йемена и Саудовской Аравии) находились иностранные войска, многие из этих стран (Алжир, Судан) еще оставались колониями, другие были таковыми фактически, находясь под протекторатом Великобритании или Франции. Июльская революция 1952 г. в Египте, свергнув монархию, открыла путь к освобождению. По образцу руководившего ею Общества свободных офицеров были созданы соответствующие организации и в других арабских странах. В некоторых из них (в Ираке в 1958 г., в Йемене в 1962 г., в Судане и Ливии в 1969 г.) им удалось осуществить революции по аналогичному сценарию. Но и там, где расклад сил был иным и события развивались по-другому, влияние египетской революции было значительным. Оно стимулировало начало вооруженной борьбы патриотов Туниса (в 1952 г.), Марокко (в 1953 г.) и Алжире (в 1954 г.), способствовало позитивным сдвигам в Сирии и Иордании (в 1954-1955 гг.). Лидер Египта Гамаль Абдель Насер, добившийся вывода из страны английских войск, национализации Суэцкого канала и провозгласивший своей целью единство арабов, получил звание чемпиона арабского национализма. Лозунг, имевшей филиалы в разных арабских странах, Партии арабского социалистического возрождения (ПАСВ): "Арабская нация едина, а ее миссия вечна" - стал получать все большее распространение и популярность.

Запад (прежде всего Англия и Франция) увидел в появлении революционного Египта и его влиянии угрозу своим интересам на Ближнем Востоке, тем более после того как Египет принял участие в Бандунгской конференции, выступил вместе с Сирией против военных блоков и стал одним из столпов движения афро-азиатской солидарности. Национализация Суэцкого канала подорвала одну из важнейших позиций англо-французского капитала, ранее владевшего каналом, а поддержка Насером палестинских фидаев (партизан) вызвала негативную реакцию Израиля. Поэтому закономерной явилась англо-франко-израильская агрессия против Египта в октябре -ноябре 1956 г. Несмотря на военное превосходство агрессоров (Израиль оккупировал Синайский полуостров, войска Англии и Франции - зону Суэцкого канала), их акция в конечном счете провалилась. США их не поддержали (рассчитывая в дальнейшем на симпатии арабов), а СССР, справившись к 4 ноября 1956 г. с кризисом в Венгрии, в ультимативной форме потребовал вывода англо-франко-израильских войск из Египта, что и произошло к декабрю 1956 г. Авторитет Египта и лично Насера в арабском мире после этого только вырос, что привело к сближению с ним добившихся независимости в 1956 г. Марокко, Туниса и Судана, но особенно Сирии, образовавшей совместно с Египтом в феврале 1958 г. единое государство - Объединенную Арабскую Республику (ОАР). За присоединение к ОАР выступили также национально-патриотические силы Ливана и Ирака, поднявшие восстание против своих прозападных правительств в мае - июле 1958 г.

Опасаясь худшего, США срочно высадили свои войска в Ливане, а Великобритания - в Иордании. В итоге им удалось удержать эти государства в орбите своего влияния. Однако в Ираке восстание армии вылилось в "бессмертную революцию 14 июля", которая свергла в стране монархию и поставила у власти генерала Абу аль-Керима Касема, возглавлявшего подготовившее эти события тайное Общество свободных офицеров (по образцу египетского). Но отношения между ОАР и Ираком не сложились. Генерал Касем отстранил своего заместителя Абд ас-Саляма Арефа, выступавшего за присоединение к ОАР, и стал преследовать пронасеровские группы в Ираке, в том числе местный филиал ПАСВ, опираясь на коммунистов и курдских националистов. Это вызвало в свою очередь преследования компартии в ОАР и, как следствие этого, обострение отношений Насера с СССР, до этого момента безоговорочно Насера поддерживавшего. Однако эта размолвка была недолгой, особенно после выхода Сирии из ОАР в 1961 г.

Президент США Дуайт Эйзенхауэр выдвинул еще в январе 1957 г. доктрину, согласно которой США должны были заполнить вакуум, образовавшийся на Ближнем Востоке в связи с уходом Англии и Франции из регионов своего традиционного влияния. Ряд стран, в том числе Ливан, Тунис, Иордания, приняли эту доктрину, опасаясь всевозраставшего влияния Насера и помогавшего ему СССР. Собственно, в противодействии этому влиянию и был смысл доктрины Эйзенхауэра. Три принципа лежали в основе ближневосточной политики США после Второй мировой войны: борьба против влияния СССР, защита Израиля всеми средствами и обеспечение своего господства над нефтью региона. И если по вопросу об Израиле добиться взаимопонимания с арабами было сложно, то по остальным вопросам США добились многого. Поэтому и СССР, и ОАР не имели иного выбора, как действовать вместе. Они старались совместно поддерживать движение афро-азиатской солидарности, особенно в 1960 г., который был прозван годом Африки: ибо именно тогда обрело независимость большинство африканских стран. Совместно поддержали они также революции в Алжире и Йемене.

В Алжире восстание в ноябре 1954 г. вылилось в освободительную войну против французского режима. Руководивший войной Фронт национального освобождения (ФНО) пользовался поддержкой арабского мира, стран ислама, СССР и других стран социализма. Война революционизировала обстановку в регионе, вовлекая в военные действия жителей соседних с Алжиром стран, особенно Туниса и Марокко. В самой Франции протесты против репрессий колонизаторов в Алжире дважды приводили к серьезным политическим кризисам, когда к власти пришли социалисты (в 1956 г.), а через 2 года - генерал де Голль, изменивший характер режима в стране. Многочисленные жертвы и разрушения в Алжире (до 1,5 млн погибших только алжирцев, до 9 тыс. разрушенных селений) не давали желаемого Парижем результата. В 1959 г. де Голль признал право алжирцев на самоопределение. Однако яростное сопротивление ультра-колониалистов во Франции и особенно среди верхушки европейцев Алжира, организованные ими мятежи в 1960 и 1961 г. продлили военные действия еще на 2 года. Только в марте 1962 г. были подписаны мирные соглашения, прекратившие войну в Алжире и давшие возможность его жителям проголосовать за независимость 1 июля 1962 г.

В том же году "свободные офицеры" свергли монархию в Йемене и провозгласили республику. Но это явилось лишь началом многолетней (примерно до 1970 г.) войны племен, составляющих большинство населения Йемена, с республиканским режимом и помогавшей ему в 1962-1967 гг. египетской армией. Война закончилась компромиссом, сохранившим в рамках республики известную автономию племен. Параллельно этим событиям произошло в 1967 г. свержение колониального режима в Южном Йемене, с 1839 г. находившемся под властью англичан. Здесь после нескольких лет борьбы с местными феодалами, а также внутри политической элиты нового государства утвердился с 1969 г. режим социалистической ориентации - наиболее откровенный союзник СССР.

Египет во главе с Насером не смог установить свою гегемонию в арабском мире. Приход ПАСВ к власти в 1963 г. в Сирии и Ираке, вопреки ожиданиям сторонников арабского единства, к его реализации не привел. С ПАСВ Сирии Насер быстро вступил в конфликт, ПАСВ Ирака была тогда же отстранена от власти, а новый правитель генерал Абд ас-Салям Ареф, ориентировавшийся на Египет, погиб весной 1966 г. Его преемник дистанцировался от Египта, а в 1968 г. была свернута ПАСВ, которая вскоре взяла курс не на сотрудничество, а на соперничество с Египтом и Сирией. Наиболее тяжелым ударом для Насера, да и для всего арабского мира стало поражение в июньской войне 1967 г. Тогда армия Израиля, пользуясь многолетней помощью США и основных разведслужб Запада, а также фактором внезапности нападения, за 6 дней разгромила Вооруженные силы Египта, Сирии и Иордании, оккупировав при этом Синайский полуостров, западный берег реки Иордан и Голанские высоты.

Вместе с тем июнь 1967 г. парадоксальным образом возродил к жизни Палестинское движение сопротивления (ПДС). В 1948 г. при образовании Государства Израиль из 1350 тыс. арабов Палестины 780 тыс. человек стали беженцами, размещенными в палаточных лагерях ООН на территории Иордании, Сирии, Ливана и Египта. Остальные в большинстве своем, проживая на западном берегу реки Иордан и в секторе Газы под контролем Египта, так же, как и беженцы, были возмущены и самим фактом раздела Палестины, и вопиюще несправедливым характером этого раздела в результате решения ООН от 22 ноября 1947 г., согласно которому евреи, т. е. примерно треть населения, получали 56% территории страны, но особенно арабо-израильской войны 1948-1949 гг., завершившейся утверждением Израиля на 80% территории Палестины. Палестинские арабы все время надеялись на то, что ООН, а после 1952 г. Насер ликвидируют эту несправедливость.

По мере исчезновения этой надежды стали создаваться отряды фидаев, нападавших на Израиль. Этому способствовал рост их численности (одних только беженцев насчитывалось к 1968 г. 1346 тыс. человек) и национального самосознания (сотни тысяч учились в специально созданных ООН 452 школах и 10 учебных центрах). К тому же страны их пребывания были не в состоянии содержать беженцев и поэтому всячески поощряли их стремление вернуться на родину, в том числе с оружием в руках. Это особенно логично вписывалось в идеологию арабского национализма и арабского единства, которую проповедовали Насер и ПАСВ, практически известные во всех арабских странах и во многих из них весьма популярные. К палестинским фидаям присоединялись представители других арабских народов - от алжирцев и сирийцев до йеменцев и иракцев. В 1964 г. возникла Организация освобождения Палестины (ООП), стремившаяся политически объединить всех борцов за возрождение в Палестине арабского государства.

Июнь 1967 г. означал окончательный крах надежд палестинцев и на ООН, и на арабские страны. Поэтому они решили действовать сами, развернув с июля 1967 г. партизанскую войну на оккупированных Израилем территориях. Вытесненные израильтянами на соседние территории, они продолжили эту войну на линиях перемирия, тем более что Израиль также наносил удары, особенно по Египту, через эти линии. За 1967-1969 гг. личный состав политических кадров ПДС вырос в 30 раз, численность его Вооруженных сил - в 150 раз, степень их оснащения оружием, финансовой и другой обеспеченности - примерно в 300 раз. Все это происходило на фоне небывалого подъема патриотизма среди палестинцев, где бы они ни находились и кем бы ни были.

Взлет ПДС в 1967-1970 гг. арабы назвали палестинской революцией. Она была использована арабскими правительствами для ликвидации послеиюньского шока 1967 г. и включения ПДС в контекст общеарабского противоборства с Израилем. Все арабские страны в 1973 г. признали ООП единственным представителем арабов Палестины и предоставили ей полные права члена Лиги арабских государств, а Генеральная Ассамблея ООН приняла в ноябре 1974 г. резолюцию о праве палестинского народа на самоопределение, на национальную независимость и суверенитет.

Последующие события, однако, сильно затруднили реализацию этой резолюции. С 1975 г. ПДС оказалось втянутым в длительную гражданскую войну в Ливане, одной из причин которой было нежелание правых кругов христианской буржуазии Ливана терпеть присутствие ПДС в стране. В 1982 г. Израиль, совершив вторжение в Ливан, вынудил отряды ПДС к эвакуации в другие места арабского мира. Однако и на этот раз военное ослабление ПДС не привело к его политическому ослаблению. Более того, начавшееся в 1987 г. движение мирного сопротивления палестинцев (интифада) на оккупированных территориях поставило под вопрос господство Израиля в захваченных им районах.

1.5.13. Подъем исламизма в последней четверти XX в.

В интифаде палестинцев, наряду с ООП и другими силами ПДС, приняли участие и организации исламистов. Это не было случайным. Долгая (начиная с 1920-х гг.) борьба палестинских националистов стала к началу 1980-х казаться бесплодной, что и привело к выходу на авансцену борьбы в Палестине разного толка исламистов, считавших, что лишь помощь всех мусульман мира поможет палестинцам. Их ядро составили активисты организации Хамас (Харакат аль-мукавама аль-исламийя, т. е. Движение исламского сопротивления), поддерживаемые Ливией и Саудовской Аравией. В 1980-1990-х гг. Израиль считал Хамас своим главным противником. И это имело свой резон.

Ислам более консервативен, чем другие религии, менее склонен к новшествам, более полно регулирует и контролирует жизнь верующих, препятствуя ее модернизации или, по крайней мере, тормозя ее. Поэтому страны ислама всегда более твердо противостояли вестернизации, т. е. идущей с Запада буржуазной модернизации (широко воспринятой в Японии, Южной Корее и многих странах Юго-Восточной Азии), и более непримиримо были настроены в отношении военно-политического гегемонизма, экономической и культурной экспансии Запада. В XIX и начале XX в. это выражалось в панисламизме (т. е. стремлении объединить всех мусульман, чтобы достойно противостоять неверным), потом в различных мусульманских учениях и течениях, совмещавших ислам с национализмом, а с середины XX в. - в исламском фундаментализме. Политическим идеалом последнего является создание в каждой стране исламского государства, конституцией которого будет Коран, хозяйственным идеалом-исламская экономика, регулируемая шариатом, а социальным идеалом-мусульманская община (умма), основанная на солидарности и взаимовыручке верующих. Эта утопия стала весьма популярной среди примерно 1 млрд мусульман в 70 странах, включая Россию и многие республики СНГ.

Первые выступления исламских фундаменталистов имели место уже в 1950-е гг. (в Египте), в 1960-1970-е гг. (в Алжире и Сирии). Повсюду его причиной было стремление мусульман найти объяснение своим бедам в забвении Корана и шариата, в засилье "плохих" (озападнившихся) мусульман, прибегающих к бидъа (вредным новшествам). Наиболее последовательное воплощение эти тенденции нашли в Иране во время исламской революции 1978-1979 гг. Она завершилась заменой шахской монархии Исламской республикой Иран с последующим распределением исламского фундаментализма по всему Востоку - от Марокко и Сенегала до Филиппин и СССР, который стал испытывать воздействие исламского бума и через Иран, и через Афганистан. Война в Афганистане чрезвычайно усилила исламо-экстремистов и в этой стране, и в соседнем Пакистане, и среди миллионов мусульман Индии, а с 1980-х гг. усилилось прямое влияние Ирана на шиитов Ливана, создавших Хезболла (по-арабски, Хизб Аллах), т. е. партию Аллаха, с помощью денег, оружия и инструкторов из Ирана, ставшую основной силой, противостоящей Израилю на юге Ливана.

Исламисты действовали (и действуют) практически во всех странах Ближнего Востока. В 1980-е гг. им удалось усилить активность Хамас в Палестине, установить на деле свой идеологический контроль над военными режимами в Йемене и Судане, сильно повлиять на близкое к ним руководство Ливии. В Египте, где их деятельность жестоко (и эффективно) преследовалось Насером, они получили возможность легализоваться и даже процветать при президенте Садате (1970-1981 гг.), который в юности сам был исламистом. Однако сближение Садата с Израилем в 1977-1979 гг., вызвавшее бурю во всем арабском мире, оттолкнуло от него фундаменталистов. Именно их боевики убили Садата осенью 1981 г. Новый президент Хусни Мубарак, сам не раз бывший объектом покушений исламистов, повел с ними жестокую борьбу. Однако они в Египте сильны, обладая капиталами, тайными складами оружия и разветвленным подпольем. В их ассоциации (гамаат исламийя) объединены миллионы людей. Поэтому они легко организуют манифестации и забастовки. В схватках исламистского подполья с полицией обычно гибнут десятки людей. Примерно то же самое исламисты пытались создать в Марокко и Тунисе, но потерпели неудачу.

Наиболее тяжелые последствия подъем исламизма имел в Алжире. Уже в 1964 г. здесь была распущена фундаменталистская ассоциация "Аль-Киям" ("Ценности"), через несколько лет возродившаяся и снова распущенная. С 1979 г. среди молодежи началось движение братьев-мусульман и сестер-мусульманок, которые проповедовали аскетизм, отказ от современного образа жизни, строгое соблюдение предписаний Корана и шариата в быту и повседневном поведении. От митингов и шествий они начиная с 1980 г. перешли к захвату мечетей и созданию собственных "диких" мечетей, требуя учредить исламское государство. После 1989 г. они легализовались, организовав 4 исламистских партии, в том числе Исламский фронт спасения (ИФС), насчитывавший в 1990 г. до 3 млн сторонников. Одержав победу на муниципальных выборах, они усилили нажим на правящую партию ФНО, дискредитированную и распадавшуюся на глазах. Парламентские выборы в декабре 1990 г. -январе 1992 г. должны были принести им полную победу. Однако правящая элита, сплотившись вокруг верхушки армии, отменила в январе 1992 г. результаты первого тура выборов и ввела в стране чрезвычайное положение. Между нею и ушедшим в подполье ИФС началась беспощадная война, в которой уже к лету 1996 г. погибли свыше 50 тыс. человек, включая сотни иностранцев (в том числе 30 французов и 12 россиян), так как исламисты провозгласили своей целью ликвидацию всех неверующих на мусульманской земле. По жестокости алжирские исламо-террористы превзошли всех прочих, вырезая целые деревни и сжигая людей заживо, в том числе женщин и детей. Наиболее "прославились" этим алжирские ветераны Афганистана, создавшие Исламскую вооруженную группировку (ИВГ).

В ходе войны ИФС и его военный филиал (а также скрывающееся за рубежом руководство) стали проявлять с 1993-1994 гг. готовность решить все путем переговоров. Однако на деле они утратили контроль за боевиками, действующими по указке более десятка возникших в подполье и малоизвестных организаций, а также своих полевых командиров, нередко самовольно связывающихся с контрабандистами, наркодельцами и прочими уголовниками, а особенно с иностранной агентурой. В Алжире открыто обвиняли Саудовскую Аравию, Иран и Судан в помощи экстремистам, особенно головорезам из ИВГ, в рядах которых, как выяснилось позже, сражались также добровольцы из Афганистана, Судана, Египта, Ливии, Туниса и Марокко, многие из которых попали в плен.

К моменту постепенного затухания военных действий (примерно к 1998 г.) назывались разные цифры потерь: от 62 тыс. человек до 100 тыс. человек. В любом случае это трагедия Алжира, из которого к тому же вынуждены были эмигрировать тысячи людей, опасавшихся за свою жизнь. Несмотря на относительную стабилизацию положения (парламентские выборы с участием 39 партий в конце 1997 г., выборы президента в апреле 1999 г.) и стремление большинства алжирцев прекратить войну, бойня продолжалась и в последние месяцы XX в.

1.5.14. Восток после распада СССР

Распад СССР и блока социалистических стран радикально изменил геополитическую ситуацию на Востоке и создал новые условия для эволюции политических и идеологических структур Азии в последнее десятилетие XX в. Во-первых, социалистические режимы в Азии, оставшись без прикрытия, вынуждены были приспосабливаться к совершенно иной ситуации. Из них на ортодоксальных позициях осталась лишь Северная Корея, а КНР и Вьетнам вступили (во многом - еще до 1991 г.) на путь рыночных преобразований. То же самое относится к Лаосу и Камбодже, хотя положение в них несколько сложнее. Во-вторых, многие страны с режимами социалистической ориентации просто отказались от нее, особенно не афишируя этого. Они сменили ее на капиталистическую ориентацию, что выразилось в большей свободе частного предпринимательства и сближении со странами развитого капитализма, но, как правило, мало изменило внутренний строй этих государств, в частности, сильные позиции госсектора в экономике. Впрочем, в большинстве случаев эти процессы начались еще до 1991 г., например, в Египте, Ираке, Алжире, Сирии, Бирме.

Для всех стран Востока после распада СССР встала задача восполнить экономическую и техническую помощь, ранее шедшую из СССР, как бы мала она ни была, за счет усиления связей с Западом, обычно с США, ФРГ или бывшими колониальными метрополиями. Увеличилась также роль трудовых и прочих миграций уроженцев Востока в развитые страны Запада. Она и раньше была велика, но носила более ориентированный характер: магрибинцы ехали во Францию и другие франкоязычные страны (Бельгию, Швейцарию, Канаду), турки - в Германию и т. д. Ныне эти потоки ширятся, скрещиваются, дробятся. Появилась значительная арабская эмиграция в Великобритании и Скандинавии, иранская - в Испании и Франции, турецкая - во Франции и Скандинавии и т. п. Индийцы и тайцы, ранее ехавшие лишь в Великобританию, появились и в других странах Европы. Именно поэтому 1990-е гг. стали не только временем усиления влияния Запада на Востоке, но и периодом обострения межнациональных противоречий как на Востоке, так и на Западе.

Недальновидно начатая и проигранная СССР война в Афганистане стимулировала возникновение новой зоны наркоторговли - "золотого полумесяца", объединившего Иран, Пакистан и Афганистан. Действующие здесь наркокартели, пользуясь экономическими трудностями афганцев и жителей Средней Азии, определенной прозрачностью границ стран СНГ после 1991 г. и политической нестабильностью в регионе, наладили доставку наркотиков через центрально-азиатские страны в Россию и Европу. Наркобизнес, давно превзошедший по прибыльности иные виды криминального предпринимательства, стал важным фактором социально-политической ситуации в государствах "золотого полумесяца" и граничащих с ними республик СНГ, затягивающим в свои сети не только криминальные структуры, но и определенные круги буржуазии, бюрократии, силовых структур и таможни самых разных государств Востока и Запада. Это способствовало и расширению наркобизнеса, и усилению его дестабилизирующего воздействия на экономическое, политическое, социальное, военное и психологическое состояние населения многих стран, в том числе Центральной Азии и России.

Важнейшим результатом распада СССР стал резкий взлет этнонационального сепаратизма. На постсоветской территории он затронул многие регионы от Черного и Каспийского морей до Поволжья и Тянь-Шаня. Этнонациональные конфликты на территории СССР, начавшись с 1988 г., постепенно превращались в затяжные войны (в Нагорном Карабахе, Абхазии, Таджикистане) или в перманентные столкновения (грузин - с осетинами, осетин - с ингушами, русских и украинцев - с крымскими татарами). Русские и русскоговорящие оказались в отделившихся от России республиках СНГ и в Прибалтике в положении бесправного, а то и преследуемого меньшинства. Исход этих жителей из мест боев или этнических погромов не только стал частью трагедии народов бывшего СССР, но и во многом испортил отношения между ними, подорвал или вообще прервал экономические, культурные и другие жизненно важные связи.

Война в Афганистане привела к наплыву в эту страну боевиков из арабских стран, Турции, Ирана, Пакистана. Но после распада СССР большинство этих людей, превратившихся в военных профессионалов-наемников, отправились в различные "горячие точки" СНГ или в распадавшуюся в 1991-1997 гг. Югославию на помощь мусульманам Боснии, воевавшим с сербами и хорватами. Позже эти боевики стали помогать албанцам в Косове. Наиболее же значительным было их участие в первой и второй чеченских войнах, которые обе явились крайним выражением этносоциального, политического и идеологического кризиса, охватившего все постсоветское пространство.

Елена Максимова
Елена Максимова

Здравствуйте. Я записалась на бесплатный вариант курса "История стран Азии и Африки в новейшее время", но если в процессе изучения я пойму, что мне бы хотелось получить удостоверение о повышении квалификации, я смогу перейти на вариант повышения квалификации? 

Марта Цыркунова
Марта Цыркунова

Добрый вечер!

Скажите,пожалуйста,итоговый экзамен по курсу стоит на 16 ноября,то есть по истичении этого срока я не смогу сдать экзамен?

С уважением,Марта