Опубликован: 10.01.2017 | Доступ: свободный | Студентов: 264 / 86 | Длительность: 12:09:00
Тема: Экономика
Специальности: Экономист
Лекция 8:

Проблемы государственного управления и регионы

< Лекция 7 || Лекция 8

Вступление

Российская Федерация как суверенное государство имеет сравнительно небольшой период развития — меньше полутора десятков лет. Этот период можно было бы разбить условно на два подпериода.

  1. 1991–2000 гг., характеризующийся невиданными темпами падения объемов производства, инфляцией, безработицей и другими негативными явлениями во всех звеньях национальной экономики. В то же время на фоне общей демократизации страны произошел всплеск социально-экономической и политико-правовой активности в регионах — субъектах РФ, особенно в национальных республиках. Эти годы сопровождались укреплением горизонтали власти, появлением признаков партнерства в отношениях между федеральными и региональными властями.
  2. С 2000 г. по настоящее время наблюдается снижение темпов инфляции, повышение темпов роста объемов производства, хотя пока не достигнуты базовые показатели начала 1990-х гг. В то же время резко усилилась вертикализация власти, подчас необъяснимая или труднообъяснимая для такой огромной страны, как Российская Федерация. Мы не склонны увязывать экономические неудачи первого подпериода с ростом активности регионов и, наоборот, оживление экономики после 2000 г. — с большей зависимостью регионов от федерального центра. Скорее, наоборот. Глобальная причина всех происходящих экономических процессов кроется в резком переходе от централизованной плановой системы управления к рыночной экономике.

Изложение материала в каждом параграфе настоящей главы касается двух аспектов: исторического экскурса и положения на современном этапе.

Стратегия экономического роста россии и регионы

Экономическая стратегия представляет собой совокупность целей по достижению определенных показателей экономического роста, уровня безработицы (в пределах ее естественной нормы), уровня цен и рационального удельного веса чистого экспорта в ВВП. Реализации этой совокупности целей в Российской Федерации в начале XXI века способствуют исключительно высокие цены на энергоресурсы на мировом рынке, т. е. не столько умело выбранная стратегия правительства страны, сколько объективные условия облегчают формирование в этот период желанного "золотого четырехугольника" в Российской Федерации.

Разумеется, среди указанных выше целей предпочтение отдается экономическому росту как наиболее обобщающему индикативному показателю. При этом экономический рост рассматривается нами как часть общей проблемы устойчивого экономического развития, т. е. не как самоцель, а как результат. В этой связи задача удвоения ВВП, поставленная Президентом РФ на период 2001-2010 гг., также находится в системной взаимосвязи с вышеназванной общей проблемой.

В экономической науке существует так называемое правило 72, означающее, что для удвоения ВВП потребуется 72 года, если ежегодные темпы его прироста будут равны 1%. Следовательно, задача удвоения ВВП на период 2001-2010 гг. выполнима при условии достижения среднегодовых темпов прироста не менее 7,2%. Расчет среднегодового темпа роста можно осуществить в нашем случае и по формуле:


или темп прироста равен

(1,0718 - 1) x 100 ≈7,2%.

Расчет предполагаемых объемов ВВП с учетом рассчитанной величины среднегодового темпа прироста представлены в табл. 8.1.

Таблица 8.1. Расчетные объемы ВВП в ценах 2000 г.
Год Объем ВВП, млрд. руб.
2000 7 305.6
2001 7 831.6
2002 8 395.5
2003 9 000.0
2004 9 648.0
2005 10 342.7
2006 11 087.4
2007 11 885.7
2008 12 741.5
2009 13 658.9
2010 14 611.3

Реальная динамика фактических объемов ВВП за 2000-2004 гг. в ценах 2000 г. представлена в табл. 8.2.

Таблица 8.2. Реальные объемы ВВП в ценах 2000 г.
Год Объемы ВВП, млрд. руб. Ежегодные темпы роста, млрд. руб Ежегодные темпы прироста, %
2000 7 305.6 — —
2001 7 677.6 1.051 5.1
2002 8 041.8 1.047 4.7
2003 8 632.7 1.073 7.3
2004 9 249.4 1.071 7.1

Анализ приведенных реальных темпов роста позволяет отметить, что необходимый для удвоения ВВП показатель был только в 2003 г. Это усложняет задачу удвоения ВВП на период 2005-2010 гг., поскольку делает необходимым увеличение его более высокими, чем 7,2%, ежегодными темпами прироста.

Наши расчеты показали, что предполагаемый средний темп роста с 2005 по 2010 гг. при сложившейся ситуации составит 1,079, т. е. 7,9% прироста в год. Этот означает, что на оставшийся период напряжение еще более возрастет.

Существует мнение, что федеральное правительство добьется больших успехов, если переложит выполнение задачи на регионы-субъекты, т. е. удвоение ВВП произойдет на основе удвоения суммарных объемов ВРП. В этой связи хочется обратить внимание на два момента: во-первых, ВВП по своей сути своей есть сумма ВРП регионов-субъектов (в 2000 г. суммарный ВРП составил 85,1% от ВВП Российской Федерации, в 2001 г. - 86,6%, в 2002 г. - 86,9%, в 2003 г. - 86,8%, т. е. доля суммарного ВРП имеет некоторую тенденцию возрастания, так что в фактически достигнутых темпах прироста ВВП суммарный объем ВРП оказывает решающее влияние); во-вторых, относительно низкие темпы прироста ВВП получены при весьма благоприятной ситуации на мировом рынке (это в большей мере относится к чисто федеральной составляющей ВВП - экспорту углеводородного сырья и вооружения по высоким ценам).

Проведем расчеты темпов роста суммарного ВРП. Сопоставимые в ценах 2000 г. суммарные объемы ВРП составили в 2000 г. 6219,3 млрд. руб., в 2001 г. - 6577,2, в 2002 г. - 6970,4, в 2003 г. - 7491,8 млрд. руб. Используя методику расчета темпов по ВВП, находим, что по суммарным объемам ВРП они составили 1,058 в 2001 г., 1,060 в 2002 г. и 1,075 в 2003 г., т. е. ежегодные темпы прироста составили соответственно 5,8, 6,0 и 7,5%. Это означает, что фактический ряд по суммарному ВРП повторяет тенденцию темпов прироста по ВВП.

Расчеты показали, что при сложившихся условиях предполагаемый среднегодовой темп прироста суммарного ВРП с 2004 по 2010 г. ежегодно должен составлять 7,5%.

Следовательно, при существующей структуре экономики задача удвоения ВВП РФ становится с каждым годом все напряженнее, если возможна вообще. Изменение структуры экономики, на наш взгляд, должно быть увязано с преобладающим развитием в сторону поддержки отечественного товаропроизводителя, выпускающего материальные блага для нужд прежде всего отечественного потребителя.

Асимметричная федерация как основа регионального развития национальной экономики

Российская Федерация - уникальное государство. Она не похожа ни на США, состоящие из равноправных штатов, ни на Германию, включающую в свой состав земли. Уникальность Российской Федерации в том, что она состоит из разнородных субъектов. Одни из них (21 республика) представляют государства в составе Федерации (и это закреплено в Конституции РФ), другие (1 автономная область и 10 автономных округов) - автономные образования, третьи (6 краев, 49 областей и города федерального подчинения Москва и Санкт-Петербург) являются административно-территориальными образованиями. Еще не вдаваясь в подробности анализа, можно сделать два важных вывода: во-первых, в этом вопросе неуместны сравнения с США и Германией; во-вторых, - и это самое главное - Российская Федерация может нормально развиваться только как асимметричная федерация. Отказ от этого принципа неминуемо приведет страну к возврату в унитарное русло. Принцип асимметричности не приемлет равноправия субъектов, что на современном этапе энергично выдвигается федеральным центром.

Переходим к более подробной характеристике неоднородности субъектов РФ. Начнем анализ с республик. Как было сказано выше, в составе Российской Федерации находится 21 республика (государство). При одинаковом их статусе как субъектов имеются глубокие различия между республиками в плане географического положения и природно-сырьевых ресурсов, исторического и социально-экономического развития и др. Республика Татарстан, например, олицетворяет народ, который на протяжении 800 лет имел свою государственность. Это не может не сказываться на его менталитете и психологии. И если этот фактор не будет учитываться федеральным центром при управлении подобной республикой, то вряд ли это будет способствовать укреплению федерации. Если взять период покороче, т. е. с момента создания первых автономий после революции 1917 г., то Башкирская АССР (образована 23 марта 1919 г.) и Татарская АССР (образована 27 мая 1920 г.) существовали без изменения статуса на протяжении 70 лет (интересное сравнение: Киргизия в качестве автономной области в составе Казахской АССР, которая, в свою очередь, находилась в составе РСФСР, образовалась лишь 14 октября 1924 г., статус автономной и союзной республики она получила соответственно 1 февраля 1926 г. и 5 декабря 1936 г., а в августе 1991 г. объявила о своем полном государственном суверенитете), в то же время такие автономные образования, как Хакасия, Адыгейская, Карачаево-Черкесская, Горно-Алтайская автономные области получили статус республик лишь в период распада СССР. Различия в экономическом потенциале, численности населения, трудовых ресурсов и других факторах социально-экономического развития выражены еще ярче. Республики Башкортостан и Татарстан, например, за годы советской власти накопили такой экономический потенциал, который в каждой из них превышал потенциалы более половины союзных республик, взятых в отдельности. По численности населения Республика Башкортостан превысила четырехмиллионный рубеж, а Республика Татарстан приближается к нему. Идущая же на третьем месте Республика Дагестан чуть ли не на 2 млн. чел. уступает каждой из них.

Сохраняются различия во взаимоотношениях с федеральным центром по отношению к собственности, земле, в финансово-кредитной и налоговой сферах; имеются особенности в подходах к конверсии военно-промышленного комплекса. Итак, даже республики, т. е. субъекты с одинаковым политическим статусом, не могут быть во всем приравнены друг к другу.

К этому следует добавить проблему заключения республиками договоров с Российской Федерацией на межгосударственном уровне. Республики по-разному подходят к федеративному устройству страны: несмотря на то, что в Конституции РФ все республики перечислены как субъекты в алфавитном порядке, среди них есть не подписавшая Федеративный договор и заявившая о своем невхождении (Чечня - Ичкерия), не подписавшая Федеративный договор и ассоциированная с РФ (Татарстан), подписавшая Федеративный договор с Приложением к нему (Башкортостан) и подписавшие Федеративный договор (прочие республики). Незадолго до появления Федеративного договора часть бывших автономных республик выступила с декларациями о государственном суверенитете, а уже после возникновения Федеративного договора - приняла собственные конституции. В связи с тем, что с 2000 г. начался процесс приведения региональных актов в соответствие с федеральными, нелишне напомнить о соответствии республиканских актов международным правовым нормам и одновременно частичном их несоответствии Конституции РФ. Кстати, последняя была принята позже некоторых республиканских основных законов и не нашла одобрения в 31 субъекте федерации из 89.

Приведем в хронологическом порядке перечень основных конституционно-правовых актов по Республикам Татарстан и Башкортостан.

Республика Татарстан:

  • августа 1990 г. - принятие декларации о Государственном суверенитете Республики Татарстан;
  • марта 1992 г. - всенародный референдум о статусе Татарстана;
  • ноября 1992 г. - принятие Конституции Республики Татарстан;
  • февраля 1994 г. - подписание Договора о разграничении предметов ведения и взаимном делегировании полномочий между органами государственной власти Российской Федерации и органами государственной власти Республики Татарстан.

Республика Башкортостан:

  • октября 1990 г. - принятие декларации о Государственном суверенитете Республики Башкортостан;
  • 24 декабря 1993 г. - принятие Конституции Республики Башкортостан;
  • августа 1994 г. - подписание Договора о разграничении предметов ведения и взаимном делегировании полномочий между органами государственной власти Российской Федерации и органами государственной власти Республики Башкортостан.

В перечисленных конституционно-правовых актах выражена воля всего народа. Международные эксперты отмечали высокий процент голосов, поданных за принятые решения, избранные президенты республик дали клятву верности конституции.

Следует подчеркнуть, что суверенитет объявляется народом. Это - не закон, не указ и не постановление. Его невозможно аннулировать, отменить. Носителем его является сам народ. Поэтому суверенитет становится категорией народной. В федеративном государстве эта категория не обязательно выражается только в масштабе всего государства, а может объявляться в его части.

Изложенные особенности суверенитета нашли отражение и при внесении частичных изменений в Конституцию Республики Башкортостан в октябре 2000 г. В нее в качестве первого раздела включен текст Договора (от 3 августа 1994 г.). Тем самым подчеркнут договорной характер устройства федеративного государства.

Автономные образования (в Российской Федерации 11 подобных субъектов) также имеют особенности в национально-государственном устройстве и социально-экономическом развитии. Эти особенности связаны с сохранением и возрождением традиционного социально-культурного уклада. Хозяйственное развитие на территориях автономных образований необходимо сочетать с традиционными народными промыслами.

Края, области и города федерального подчинения (их всего 57) представляют собой административно-территориальные образования. В связи с тем, что большинство автономных областей, ранее входивших в составы краев, стали республиками в составе Российской Федерации, на современном этапе стерлись различия между краями и областями. Не умаляя их значения в национально-государственном и административно-территориальном устройстве Российской Федерации, отметим, что образование новых краев и областей и ликвидация существующих есть исключительное полномочие федерального центра. Мы придерживаемся позиции, что на государственные и автономные образования в составе Российской Федерации это положение распространяться не должно, потому что проблемы сохранения и развития государственности, языков, культуры, уклада быта, традиций и обычаев народов - проблемы общечеловеческой цивилизации.

На современном этапе вертикализации власти и управления многие акты регионов, особенно национальных республик, пересмотрены и пересматриваются. Это относится прежде всего к декларациям о государственном суверенитете республик; конституциям (на предмет их соответствия Конституции РФ и федеральному законодательству); договорам о разграничении полномочий с органами государственной власти; ежегодно составлявшимся договорам по бюджетно-налоговым отношениям между федеральным центром и регионами-субъектами. За последнее время со стороны представителей федерального центра все настойчивее высказываются мысли об укрупнении субъектов. Эти меры осуществляются в целях обеспечения единого правового и экономического поля Российской Федерации, сокращения аппарата управления. При этом наблюдается излишняя политизация подчас не политических проблем (например, переход татарского языка на латинскую графику, рассмотрение любого шага к самостоятельности регионов как угрозы целостности России и др.). На наш взгляд, Российская Федерация сама по себе уникальна по своей огромной континентальной территории, природно-сырьевым ресурсам, множеству населяющих ее наций и народностей, поэтому сила ее - в учете и использовании этого многообразия.

Что касается укрупнения субъектов, то этот процесс, на наш взгляд, должен осуществляться без затрагивания границ существующих национально-государственных и автономных образований.

Асимметрия в региональном развитии воспринимается по-разному. Как известно, естественные территориальные различия признают общественно полезными, а аномально значительные диспропорции в развитии территорий квалифицируются негативно. Выше уже отмечалось, что территориальная асимметрия - явление обычное и вполне нормальное, но до определенных пределов. Важнейшая задача - поддержание уровня региональной дифференциации в допустимых пределах, недопущение глубоких территориальных диспропорций в национальной экономике.

Одной из острейших проблем в национальной экономике Российской Федерации на протяжении всего реформируемого периода остается дифференциация в территориальном развитии. Проблема диспропорций в развитии российских регионов выдвигается в качестве основных угроз национальной безопасности Российской Федерации на государственном уровне. Совет Безопасности России признает: "...тревогу вызывают диспропорции в развитии регионов, что представляет реальную угрозу российскому федерализму. Требуются срочные меры по решению проблем, которые затрагивают жизненно важные интересы и потребности российского общества, прежде всего в сфере здоровья и образования".

Логично, что глубокая территориальная дифференциация страны приводит к тому, что и без того исключительно низкие позиции России в мировых рейтингах социально-экономических показателей завышаются за счет показателей небольшой части регионов - субъектов Российской Федерации. К примеру, если условно сопоставить ВРП Тюменской области с ВВП стран мира (опустив в анализе методологические различия в содержании показателей ВВП на уровне страны и ВРП на уровне региона), то получим, что по отмеченному показателю данный регион России уступает лишь первой десятке высокоразвитых стран. Любопытно, что если по индексу развития человеческого потенциала Россия в целом располагается в седьмой десятке стран мира, то значение индекса отдельно взятого субъекта Федерации - г. Москвы - сопоставимо со значениями стран третьей десятки.

Действительно, если обратиться к принимаемому в качестве ключевого при отражении уровня развития страны (региона) показателю ВВП (ВРП) на душу населения и сравнить степень территориальной дифференциации, к примеру, стран Европейского союза и российских регионов, то получим результаты, позволяющие сделать вывод о том, что национальные экономики 25 государств - членов Европейского союза отличаются значительно меньшим уровнем неравномерности в развитии, чем регионы отдельно взятого суверенного государства - Российской Федерации. Так, ВВП на душу населения (по методу Атласа) в Европейском союзе различался в 2004 г. в 10,3 раза при среднем значении в 22 401 дол. США. В то же время ВРП на душу населения 88 регионов - субъектов Российской Федерации (за исключением Чечни) различался в 2002 г. в 36 раз с максимальным значением в Тюменской области и минимальным в Ингушетии при недопустимо низком среднем значении 2004 г. в 3410 дол. США. Размах вариации ряда из 79 регионов по объему ВРП на душу населения в 2003 г. также составил 36 раз (на полюсах те же регионы). Ближе всего к среднероссийскому значению (53 954,5 руб.) находились Свердловская, Нижегородская области, республики Башкортостан и Карелия, Удмуртская Республика. Распределение субъектов Федерации показано в табл. 8.3.

Таблица 8.3. Распределение регионов относительно среднероссийского ВРП на душу населения
Группы регионов Число регионов в группе Среднегрупповое значение, %
1. Более 150% 7 290.9
2. 125 - 150% 8 135.6
3. 100 - 125% 11 109.4
4. 75 - 100% 20 85.3
5. 50 - 75% 24 62.9
6. Менее 50% 9 40

Данные, представленные в табл. 8.3, позволяют судить о том, что распределение регионов относительно среднероссийской величины ВРП на душу населения также весьма неравномерно. Число регионов, имеющих ВРП на душу населения ниже среднеросиийского показателя, составляет 53, а выше среднероссийского - только 26.

Более половины всего объема промышленного производства в национальной экономике России приходится лишь на 12 субъектов Российской Федерации ( рис. 8.1), 9 субъектов Федерации дают в общий консолидированный бюджет две трети всех поступлений налогов и сборов ( рис. 8.2), на долю 11 регионов приходится более половины всех инвестиций в основной капитал и т. п. В целом по основным социально-экономическим показателям значения регионов различаются в разы.

Доля субъектов Российской Федерации в объеме промышленного производства в 2004 г. (в сравнении с 2003 г.)

Рис. 8.1. Доля субъектов Российской Федерации в объеме промышленного производства в 2004 г. (в сравнении с 2003 г.)
Доля субъектов Российской Федерации в общей сумме собранных налогов и сборов (по состоянию на 1 октября 2005 г.)

Рис. 8.2. Доля субъектов Российской Федерации в общей сумме собранных налогов и сборов (по состоянию на 1 октября 2005 г.)

Как отмечалось выше, регионы с относительно высоким уровнем развития - это регионы с развитыми сырьевыми экспортными отраслями, а также города федерального значения, обладающие значительной частью финансового потенциала России.

Степень диспропорций продолжает повышаться. Так, результаты наших расчетов свидетельствуют о том, что региональная дифференциация по основным социально-экономическим показателям (ВРП, ВРП на душу населения, объем промышленного производства, объем производства сельского хозяйства, инвестиции в основной капитал на душу населения, уровень безработицы), измеряемая стандартными статистическими индикаторами (размах вариации, среднее линейное отклонение, дисперсия, средний квадрат отклонений, относительный размах вариации, относительное линейное отклонение и коэффициент вариации), за период с 1999 по 2003 гг. возросла. Следует обратить внимание на тот факт, что для выбранного нами периода характерен рост национальной экономики на фоне благоприятной макроэкономической ситуации.

В этой связи не следует переоценивать достигнутые в последние годы положительные приросты социально-экономических показателей, поскольку региональная дифференциация в стране растет. В частности, рост реальных доходов на душу населения обеспечивается в основном за счет богатой части населения, проживающей в первой десятке субъектов Федерации. Не следует абстрагироваться от существования недопустимо высокого уровня бедности в России, который в ряде регионов затрагивает более половины населения; от неравномерности распределения доходов, которое в большинстве субъектов Федерации может привести к серьезному социальному взрыву, и др.

Таким образом, проводимая в России макроэкономическая политика не только не снизила, но и усилила и продолжает усиливать дифференциацию в социально-экономическом развитии регионов Российской Федерации.

Проблемы макроэкономических показателей и балансов

Любой переход из одного состояния в другое сопровождается болезненными явлениями. Переход к рыночной экономике не исключение. В то время как западные страны переходили к рыночным отношениям постепенно, на протяжении столетий, подчиняясь объективным законам общественного развития, Российской Федерации приходится осуществлять рыночные преобразования рывком, одновременно избавляясь от антипода рынка - принципов командно-административного управления экономикой. Нетрудно представить болезненность такого перехода. Как известно, успешное лечение любой болезни зависит от того, насколько своевременно и правильно поставлен диагноз. Диагностика экономического и социального развития есть процесс распознания народнохозяйственного комплекса. Рассмотрим эти проблемы на примере Республики Башкортостан.

Народнохозяйственный комплекс республик за последние полтора десятилетия претерпел коренные изменения. Уже осуществлен переход от превалирования государственной собственности к многообразию форм собственности и управления; полностью изменилась ориентация предприятий в пользу юрисдикции республики; происходят принципиальные структурные изменения в экономике. При этом все перечисленные позитивные изменения, на наш взгляд, никак не связаны с приватизацией, проведенной, по существу, антинародными методами.

При сохранившимся высоком экономическом потенциале постсоветский этап развития принципиально отличается от предыдущего командно-административного периода управления. Происходящие изменения требуют осмысления, изучения, исследования, т. е. распознавания народнохозяйственного комплекса в новых условиях.

Республика Башкортостан, благодаря богатым природно-сырьевым ресурсам, поддержке и помощи со стороны центра и всех республик, за годы советской власти накопила мощный потенциал. Он выразился в бурном развитии промышленности, сельского хозяйства, других отраслей. Республика в разные десятилетия приняла на себя значительную часть союзных программ по энергетике и химии (порой ценой нарушения жизненно важных для населения самой республики пропорций экологического характера, разрыва между вкладом в общесоюзное воспроизводство общественного продукта и участием в его распределении). Однако, как бы то ни было, первые десятилетия существования республики характеризуются бурными темпами накопления потенциала.

Между тем с каждым годом все более ощутимым становилось отсутствие адекватной экономическому потенциалу информационной базы. Через десятилетия такое положение постепенно превратилось в тормозящий фактор, мешая повышению экономической эффективности функционирования народнохозяйственного комплекса.

С точки зрения изученности народнохозяйственного организма советский период существования республики можно разделить на два периода:

  1. 1919-1965 гг. (46 лет) - слабая разработанность (или неразработанность вообще) макроэкономических показателей (агрегатов) социально-экономического развития;
  2. 1966-1991 гг. (25 лет) - Башкирская АССР по степени разработанности обобщающих показателей стала, по существу, на один уровень с союзными республиками.

Достаточно упомянуть, что начиная с середины 60-х годов в Башкирской АССР разрабатывались все межотраслевые балансы производства и распределения совокупного общественного продукта, которые составлялись для СССР, союзных республик и некоторых крупных экономических районов: за 1966, 1970, 1972, 1977, 1982, 1987 гг. (см. главу 4). Параллельно с отчетными статическими балансами решались задачи с использованием моделей плановых динамических МОБ, а чуть позже - плановых динамических оптимизационных балансов. Информационная возможность полученных статических отчетных и плановых динамических балансов была огромной. Из них извлекались прямые и производные обобщающие показатели развития народнохозяйственного комплекса автономной республики. К ним можно отнести: совокупный общественный продукт, производимый и используемый национальный доход, воспроизводственные фонды, вывоз, ввоз, экспорт, импорт, материалоемкость, энергоемкость, фондоемкость, фондовооруженность и т. п. С помощью информации МОБ можно извлечь показатели издержек в масштабе всего народного хозяйства и, следовательно, определить рентабельность функционирования народнохозяйственного комплекса, коэффициенты прямых и полных материальных затрат, которые отражают затраты прошлого овеществленного труда в экономике. Значение этих показателей трудно переоценить, особенно с учетом того, что автономная республика практически оставалась в категории третьесортных в смысле государственного устройства и управления, и центр, мягко говоря, не способствовал распознаванию ею своего экономического потенциала.

К тому же на протяжении десятилетий совокупный (валовый) общественный продукт, показатели валовой продукции в разрезе отраслей были объектами негативных реакций со стороны экономистов. Это было связано с тем, что валовая продукция (и, соответственно, совокупный общественный продукт) допускают многократный повторный счет. Дошло до того, что эти показатели стали считаться первопричиной всех негативных явлений, происходивших в плановой экономике.

Разумеется, мы далеки от идеализации валовой продукции. Она действительно не может и не должна быть основным измерителем социально-экономического развития. Расчеты на этой основе завышают результаты, искажают истинную картину. Это тем более важно на современном этапе, когда Российская Федерация, вступая в различные международные экономические, финансово-кредитные организации, должна приспосабливаться к общепринятой у них статистике. Тем не менее, полный отказ от показателей валовой продукции похож на известную ситуацию, когда вместе с водой выплескивают и ребенка. Показатели на основе валовой продукции обладают ценнейшими информационными свойствами для всеобъемлющей характеристики народнохозяйственного комплекса, служат базой квалифицированных прогнозов. Все это дает возможность обеспечить конкурентоспособность в условиях меняющего рынка.

Благодаря информации, полученной в рамках системы отчетных статических и плановых динамических оптимизационных МОБ, были заложены методологические основы исследования социально-экономического развития автономной республики в системе народного хозяйства страны. На этой основе Башкирская АССР рассматривалась одновременно как функциональная и как структурная подсистема народнохозяйственного комплекса. По существу, на этом уровне подобный подход не применяли нигде.

Разрабатываемые МОБ, их экономико-математический анализ, а также привлекаемые отраслевые, технико-экономические и технологические материалы послужили основой получения в 1980-х гг. добротных прогнозов комплексного социально-экономического развития и научно-технического прогресса республики (до 2010 г.), схем развития и размещения производительных сил Башкирской АССР (до 2005 г.) В качестве экзогенных и эндогенных параметров в модели попеременно использовались показатели валового выпуска в разрезе отраслей материального производства, капитальных вложений и числа занятых - также в отраслевом разрезе. Система межотраслевой информации за ретроспективный период дополнялась скрупулезным поиском в научных и проектных институтах, нормативных инстанциях перспективных направлений и количественных параметров научно-технического прогресса. Из них выводились индексы коэффициентов затрат продукции одних отраслей для производства продукции других. Что касается отраслей территориальной специализации республики, то они подвергались еще более тщательному анализу. А в итоге рассчитывались коэффициенты прямых материальных затрат.

Следует отметить, что к середине 1980-х гг. под давлением прежде всего автономных республик, на территориях которых функционировали академические подразделения региональной экономики, центром было принято решение о ежегодном составлении органами государственной статистики окаймляющих итогов МОБ на уровне некоторых автономных республик, краев и областей.

Таким образом, для советского периода социально-экономического развития Башкирской АССР характерно накопление экономического потенциала, мощи, активное участие республики в выполнении многих общесоюзных программ. Но это достигалось ценой растранжиривания национального богатства, процветания затратного механизма и экологического бедствия при глубокой диспропорции между производством и потреблением продукции. Между тем была достигнута достаточно хорошая распознанность народнохозяйственного организма республики. Следует разграничить два понятия: экономический потенциал и распознанность народнохозяйственного организма. Регион может иметь очень высокий экономический потенциал, но при этом его народнохозяйственный организм останется нераспознанным (не изученным, не исследованным). Хотя, в отличие от союзных республик, Башкирия не располагала такими конструктивными инструментами, как баланс народного хозяйства, сводный финансовый баланс, реальные доходы населения, тем не менее, благодаря системе МОБ ей стали доступны макроэкономические агрегаты, без которых невозможно представить государство.

С распадом СССР эти работы были приостановлены. Вскоре начались разработки показателей валового внутреннего продукта, хотя другая важнейшая категория рыночной экономики - валовой национальной продукт - как и прежде, не рассчитывалась. Здесь уместно напомнить, что СОП и НД - атрибуты марксистской концепции деления общественного производства на материальное и нематериальное - рассчитываются как совокупность материальных затрат и чистой продукции, а ВВП как категория рыночной экономики исчисляется из доходов и расходов всех участников рынка на данной территории независимо от того, кому принадлежат факторы производства. В той и другой концепциях не учитывается деятельность, запрещенная законом. На первый взгляд может показаться, что это вполне нормально, т. е. в стране, переходящей к рыночным отношениям, должны внедряться присущие рынку категории. Однако при этом подходе не учитывается несколько обстоятельств: во-первых, республики, не успев накопить достаточного опыта расчета и оценки макроэкономических агрегатов по концепции, традиционной для советского периода развития, сразу приступили к расчетам неизвестной до сего времени категории рыночной экономики; во-вторых, продолжает оставаться весьма проблематичным и дискуссионным вопрос, каким макроэкономическим агрегатам можно отдать предпочтение: СОП - НД, с одной стороны, или ВВП - ВНП - с другой?

Анализ показывает, что неправомерно отказываться от сводных обобщающих показателей. Но из-за сложившейся ситуации с макроэкономическими агрегатами РБ сегодня снова не располагает своими СОП и НД. Вся причина в том, что стоимостные показатели развития рассчитываются только по промышленности (в оптовых ценах), сельскому хозяйству (в неизменных ценах) и строительству (в ценах сметной стоимости). Нетрудно догадаться, что эти цены методологически не сопоставимы. А стоимостные показатели других отраслей материального производства (их еще семь) не рассчитываются вообще. Поэтому и не складывается четкое представление о действительном положении дел в экономике. Это препятствует осуществлению в ней структурных преобразований, установлению и поддержанию общеэкономических (воспроизводственных, народнохозяйственных) пропорций, искажает участие республики в общероссийском и мировом разделении труда, не дает возможности оценивать издержки производства. Следовательно, сужаются возможности отхода от затратного механизма. Еще больший вред наносит отсутствие показателя НД - производимого и используемого. Именно эти показатели в середине 1980-х гг. позволили республике распознать ту глубокую диспропорцию, которая существовала между производством национального дохода на одного занятого в материальном производстве (112% к среднесоюзному уровню) и потреблением национального дохода на душу населения (82% от среднесоюзного уровня). Выявление этой диспропорции позволило впоследствии осуществить постановку и решение задач с элементами оптимизации. За критерий оптимальности этих задач принимался уровень жизни населения республики. Следует еще добавить, что национальный доход является единственным из известных обобщающих показателей, не допускающим повторности в счете.

Сегодня управление статистики Республики Башкортостан проводит расчеты только по ВРП. Это делается по инструкциям Госкомстата России. А федеральный центр традиционно не заинтересован в распознавании республиками своего народнохозяйственного организма. Таким образом, республика-государство легко скатывается на уровень административно-территориального образования.

Расчеты только по ВВП принижают роль республики как функциональной подсистемы народнохозяйственного комплекса. При расчетах только ВВП в пределах республик упор делается на структурную подсистему народнохозяйственного комплекса как на единицу в иерархии регионов, тогда как нынешняя Российская Федерация, признает это федеральный центр или нет, стала складываться как асимметричная система. Для республики-государства (как следует из Конституции РФ) наряду с ВВП немаловажное значение имеет показатель ВНП, т. е. всего того, что создается гражданами этого государства независимо от территории. Расчеты ВНП в какой-то мере могли бы активизировать деятельность правительства республики в области внешнеэкономической деятельности, связанной с прямым инвестированием (экспортированием капитала) вместо того, чтобы только ориентироваться на импорт инвестиций. В равной мере это относится и к функционированию за пределами этого государства предприятий смешанного владения, к международному обмену по искусству, культуре, спорту, предпринимательской деятельности.

Следует отметить, что в расчетах ВНП на уровне республики важнее методология, нежели сами показатели, так как на данном этапе разрыв между ВНП и ВВП может быть не так уж велик. Таким образом, экономика, переходящая к рыночным отношениям, не может обойтись без показателей ВНП и ВВП (рассматриваемых только в совокупности). ВНП и ВВП - категории единые и неделимые. Российская статистика отдает предпочтение ВВП, что снижает значение фактора производства, принадлежащего гражданам данной страны за границей. Но вместо того, чтобы категорию ВНП превратить в атрибут государственной статистики, в итогах социально-экономического развития республик за 1997 г. не только не ввели показатель ВНП, но и существующий показатель ВВП переименовали в "валовой региональный продукт". Это означает, что органами государственной статистики РФ ставится под сомнение конституционно-правовой статус государства-республики, ведь если в Конституции РФ республика-субъект признается в качестве государства, ей должны быть присущи и соответствующие атрибуты. Таковыми макроэкономическими категориями являются ВНП и ВВП. Валовой региональный продукт, как известно, - атрибут лишь территориального характера.

Итак, в постсоветский период развития Республики Башкортостан сложилась ситуация, не адекватная ее высокому конституционно-правовому статусу. Не осталось рычагов распознавания народнохозяйственного организма республики с помощью макроэкономических агрегатов. Не стало достоверного изображения положения республики. Все это ослабляет позиции Республики Башкортостан как равноправного партнера мирового рыночного процесса, сужает возможности прогнозирования и регулирования социально-экономического развития, государственного вмешательства в диспропорции, вызванные трудностями переходного периода. В настоящее время в республике одновременно разработано несколько высокопрофессиональных концепций социально-экономического развития республики, но ни одна из них не доведена до уровня прогноза с альтернативными вариантами, так как дальнейшее развитие концепций нуждается в информационной базе. А между тем в связи с отсутствием разработок МОБ Республики Башкортостан за последние годы утеряна возможность ретроспективного и перспективного анализа.

Мы предлагаем создать для российской экономики гибкую переходную систему макростатистической информации, в которой совмещались бы показатели традиционной (марксистской) концепции с концепцией западных экономистов. Таких показателей четыре: СОП, НД, ВНП и ВВП. Первый из них может служить для оценки общей ориентации экономики в условиях рыночной конкуренции, второй - для оценки чистой результативности как показатель, не допускающий повторности в счете, третий и четвертый - для обеспечения сопоставимости обобщающих показателей социально-экономического развития в целом с рыночным миром.

Подобной гибкой системой на уровне республик могла бы стать система национального счетоводства - своеобразная бухгалтерия государства. Она может развиваться как по линии интеграции статистики национального дохода с другими обобщающими показателями (национальное богатство, межотраслевые связи, связи между сферами народного хозяйства, движение финансовых потоков), так и интеграции нетрадиционных для нас категорий рыночной экономики.

Но как совместить в одном инструменте макроэкономические агрегаты двух концепций? На наш взгляд, положив в основу схему модели МОБ, можно перейти к разработке баланса оборота региональной экономики с выделением секторов домашних хозяйств, предпринимательского, государственного и зарубежного. Требуется дополнительная работа по включению в модель валовых и частных инвестиций, трансфертов государства и косвенных налогов. Обеспеченная информацией, подобная модель могла бы стать основой для расчетов по любой из двух концепций: СОП, НД; ВНП, ВВП. Расчеты по СОП и НД нужны не только для анализа издержек народного хозяйства, его эффективности, но и для обеспечения сопоставимости сегодняшнего развития с предыдущим историческим периодом. История уже написана, и никому не дано ее стереть. В свою очередь, показатели ВНП - ВВП как категории рыночной экономики служат для сопоставимости с внешним рыночным миром.

Бюджетно-налоговые проблемы регионов

Бюджетно-налоговые проблемы регионов рассмотрим на примере двух республик - Башкортостан и Татарстан, которые во многом однотипны с другими регионами. Республика Башкортостан и Республика Татарстан со дня образования прошли длительный путь социально-экономического развития. В плане взаимоотношений их с союзным и федеральным центрами по вопросам финансовых ресурсов, бюджета, налоговых отчислений можно выделить следующие этапы:

  1. с момента образования республик до распада СССР в 1991 г.;
  2. одноканальная система расчетов с федеральным центром, подготовленная еще в недрах СССР в виде республиканского (для Республики Башкортостан) хозяйственного расчета;
  3. квотирование на продажу энергетических ресурсов;
  4. ежегодно обновляемые финансовые соглашения на основе договоров о разграничении предметов ведения и взаимном делегировании полномочий между органами государственной власти центра и вышеназванных республик;
  5. с 2000 г. по настоящее время.

Вкратце охарактеризуем эти этапы. В СССР существовал единый государственный бюджет, в состав которого входили союзный бюджет, государственные бюджеты союзных республик и местные бюджеты. При этом каждый вышестоящий бюджет включал нижестоящий. Бюджетная система отличалась высокой степенью централизации финансовых средств на уровне союзного бюджета и бюджетов союзных республик. Несмотря на то что за 1955-1990 гг. доля союзного бюджета в едином государственном бюджете СССР уменьшилась с 75 до 45% при соответствующем росте доли бюджетов союзных республик с 25 до 55%, местные бюджеты не претерпели существенных изменений (рост с 14 до 17%).

Исследование корреляционной зависимости расходной части бюджета (на одного жителя) от всевозможных факторов на уровне автономных и союзных республик показало, что по союзным республикам бюджетные расходы на одного жителя в 1988 г. составили в среднем 790 руб., варьируя от максимального уровня 1272 руб. в Эстонии до минимального 430 руб. в Таджикистане. В автономных же республиках максимальный и минимальный уровни составили в том же году 745 руб. (Якутия) и 230 руб. (Чечено-Ингушетия) при среднем показателе бюджетных расходов 390 руб., т. е. в два раза меньшем, чем в союзных республиках. В Башкирской АССР бюджетных расходов в расчете на одного жителя приходилось 252 руб., а в Татарстане - 239 руб. Отношение между количеством населения в автономных республиках и расходами бюджета на одного жителя может быть описано как средневыраженная обратно-пропорциональная зависимость с коэффициентом корреляции, равным -0,51. Это значит, что лишь на 26% расходы бюджета на одного жителя зависели от количества населения, а 74% приходилось на другие неучтенные факторы. Следовательно, практика формирования бюджетных расходов в автономных республиках в обратной зависимости от количества населения себя не оправдывала. Аналогичные расчеты по союзным республикам показали отсутствие в планировании расходов бюджета какой-либо зависимости от учтенных факторов. Коэффициент корреляции по условиям 1988 г. составил -0,02, т. е. только на 0,04% расходы бюджета на одного жителя на этом уровне ставились в зависимость от количества населения союзной республики.

Собираемые в союзном (СССР) и республиканском (РСФСР) бюджетах финансовые ресурсы Башкирской АССР более чем в два раза превышали долю средств, зачисляемых в ее бюджетную систему. В структуре доходов бюджета республики в эти годы доля средств, получаемых из вышестоящих бюджетов, составляла более половины ресурсов. При таком положении дел, казалось бы, и нет необходимости в разработке сводного финансового баланса (потому вплоть до 1988 г. на уровне автономных республик, краев и областей он и не разрабатывался). Подобная ситуация в межбюджетных отношениях не позволяла эффективно развивать экономику и социальную сферу.

Впервые среди автономных республик, краев и областей страны в Башкирской АССР был разработан сводный финансовый баланс за 1988 г. (в связи с Концепцией хозяйственного расчета республики).

Поскольку сводный финансовый баланс аккумулирует ресурсы народного хозяйства, направляемые на возмещение выбытия и капитальный ремонт основных фондов, обеспечение расширенного воспроизводства и удовлетворение общественных потребностей, нет необходимости в дифференцированной его разработке с учетом ведомственной подчиненности предприятий (объединений). Поэтому сводный финансовый баланс Башкирской АССР был разработан на основе прямого счета с расчетом на получение всех финансовых потоков республики.

Важнейший вывод, сделанный на основе этого баланса, - республика из всех своих финансовых ресурсов 75% направляла на формирование союзного и федерального (РСФСР) бюджетов и лишь 25% оставляла у себя. Было бы в то же время наивно полагать, что направляемые ресурсы оседают только в центре. Многое возвращалось обратно в Башкирскую АССР, но с целевым назначением. Например, ежегодно для строительства Башкирской атомной электростанции (по существу ненужной для республики на данном этапе) ежегодно выделялось по 600-700 млн. руб.

В 1988 г. доходная часть бюджета республики составляла в ценах, действовавших в отчетном году, 1045 млн. руб. (в 1989 г. - 1181 млн. руб.), финансовых ресурсов - 9231 (9479) млн. руб. и произведенного национального дохода - 9794,4 (9600) млн. руб. Таким образом, разрыв между бюджетом и национальным доходом в условиях автономной республики достигал почти 9,5-8,1 раза, т. е. при высоком экономическом потенциале и соответствующих ему финансовых ресурсах Башкирская АССР оперировала незначительной частью финансовых ресурсов.

Подобная диспропорция была результатом неравноправных отношений с центром. Поэтому еще в Концепции хозяйственного расчета Башкирской АССР на основе внедрения одноканальной системы финансовых расчетов с центром выдвигался вариант увеличения бюджета в 2,5 раза. Это должно было привести к некоторому сокращению (в 3,7 раза) разрыва между национальным доходом и бюджетом республики и обеспечить реальные условия для ее самофинансирования.

Провозглашение 30 августа 1990 г. Республикой Татарстан и 11 октября 1990 г. Республикой Башкортостан Деклараций о государственном суверенитете, подписание Республикой Башкортостан 31 марта 1992 г. Федеративного договора с Приложением к нему вызвали необходимость пересмотра межбюджетных отношений между Российской Федерации и Республикой Татарстан, Российской Федерацией и Республикой Башкортостан. Первые шаги на пути реформирования межбюджетных отношений в Российской Федерации были сделаны с принятием в 1991-1993 гг. ряда законов. Так, Закон РФ "Об основах бюджетного устройства и бюджетного процесса Российской Федерации" (от 10 октября 1991 г.) провозгласил самостоятельность бюджетов: республиканского бюджета Российской Федерации, республиканских бюджетов республик в составе Российской Федерации, бюджетов национально-территориальных образований; исключил положение об автоматическом покрытии дефицита бюджетов нижестоящего уровня из вышестоящих; всем территориальным органам власти предоставил право на сохранение за собой неизрасходованных к концу года остатков бюджетных средств. Законом РФ "Об основах налоговой системы в Российской Федерации" (от 27 декабря 1991 г.) был установлен порядок закрепления налогов по уровням бюджетной системы. Вопросы предоставления и использования субвенций начали регулироваться Законом РФ "О субвенциях республикам в составе Российской Федерации, краям, областям, автономной области, автономным округам, городам Москве и Санкт-Петербургу" (от 15 июля 1992 г.). Закон РФ "Об основах бюджетных прав и прав по формированию внебюджетных фондов представительных и исполнительных органов государственной власти республик в составе Российской Федерации, автономной области, автономных округов, краев, областей, городов Москвы и Санкт-Петербурга, органов местного самоуправления" (от 15 апреля 1993 г.) продекларировал принцип минимального бюджета при предоставлении централизованной финансовой помощи из федерального бюджета. Вышеназванные законы работали в направлении децентрализации в управлении системы бюджетных отношений, складывающихся на федеральном, региональном и местном уровнях.

В то же время эти законы разрабатывались без взаимных увязок, изолированно друг от друга. Задачи обеспечения всех территориальных бюджетов минимально необходимыми средствами не были обоснованы новыми финансовыми нормами, не были учтены реальные потребности субъектов.

В этих условиях некоторые республики (Татарстан, Башкортостан, Саха-Якутия) вплотную подошли к провозглашению бюджетной самостоятельности. Она выразилась в выборе одноканальной системы расчетов с федеральным центром. Суть этого метода (другое его название - "котловой") заключается в следующем: регион все налоговые сборы концентрирует у себя и вносит взнос для содержания федерального аппарата управления и выполнения федеральных программ. Истоки одноканальной системы связаны с принятием Закона СССР "О государственном бюджете СССР на 1990 г.", по которому Эстонская ССР перешла на одноканальную систему расчетов с центром. Закон предусматривал, что Эстонская ССР 15,9% сборов на своей территории передает центру, а 84,1% оставляет у себя.

В Татарстане мероприятия по внедрению одноканальной системы расчетов с центром были увязаны с мягким вхождением в рынок. В этом направлении проделаны следующие работы.

  1. января 1992 г. между правительствами Российской Федерации и Республики Татарстан был подписан первый документ - "Соглашение об экономическом сотрудничестве". В нем было 12 пакетов по бюджету, внешнеэкономической, финансовой деятельности, собственности, военно-промышленному комплексу и др.
  2. "О продаже и перевозке нефти и продуктов нефтехимии" и "О бюджетных взаимоотношениях" - по этим соглашениям акцизы на нефть оставлялись для целевой модернизации нефтедобывающего производства. В результате с 1995 г. было остановлено сокращение добычи нефти, а в дальнейшем достигнут некоторый рост. Сейчас добыча составляет 25-26 млн. тонн в год.
  3. С января 1999 г. расчетно-счетно-кассовые центры национального банка Республики Татарстан получили возможность эмиссии; открытие валютных счетов и их ведение для оплаты расходов юридических лиц - резидентов представительств иностранных государств; право разрешать операции по движению капитала при экспортно-импортных операциях размером до 10 млн. дол. США; банк может давать свидетельства о регистрации инвестиционных операций; в республике создана электронная сеть банков, куда были подключены все кредитно-финансовые организации, включая коммерческие банки. Доля электронной оплаты внутри республики достигла 97,2%, а межрегиональные операции ведутся с 53 регионами.
  4. Соглашение в области собственности. В Республике Татарстан оценка собственности проведена по близкому к рыночной стоимости уровню (в Российской Федерации по остаточной балансовой стоимости). Приватизация в Республике Татарстан проведена по принципу выкупа акций в среднем от 40% от уставного капитала. В добавлении к российским ваучерам в Татарстане граждане получили именные приватизационные вклады. На 1 января 1999 г. в республике было приватизировано 1100 предприятий. На этой основе сформировано 740 акционерных обществ и 87 Обществ с ограниченной ответственностью. В то же время государство сохранило контрольные или блокирующие акции бюджетообразующих предприятий, находящихся в базовых отраслях экономики (топливно-энергетическая, нефтехимия, транспорт, связь и др.).
  5. Разграничение полномочий во внешнеэкономической деятельности. В 1993-1998 гг. товарообмен Республики Татарстан на внешнем рынке возрос в 1,5 раза, а экспорт - в 1,3 раза. Заметно изменилась структура экспорта: доля сырой нефти снизилась с 72,5 до 56,4%, а доля продукции с высокой степенью обработки поднялась с 5,9 до 8,2%. Если в 1993 г. число внешнеторговых партнеров было 60, то в 1998 г. - 110. В регионах Российской Федерации, странах СНГ и других странах работает 16 представительств Республики Татарстан. В Татарстане создана нормативно-правовая основа для привлечения и регулирования деятельности иностранных инвесторов. Приняты законы: "Об иностранных инвестициях в Республику Татарстан" (17 августа 1994 г.), "О статусе одобренного инвестиционного проекта с участием иностранного инвестора" (6 марта 1996 г.), "Об инвестиционной деятельности в Республике Татарстан" (25 ноября 1998 г.). Созданы агентства развития международного сотрудничества, Департамент внешних связей, Общенациональный центр содействия инвестициям.
  6. Соглашение в области ВПК. Приняты постановления правительства Республики Татарстан, по которым предприятиям ВПК передаются некоторые денежные средства других предприятий. 11 предприятий ВПК вошли в Программу реструктуризации и конверсии ВПК. За использование пустующих площадей предприятий не взимается налог.
  7. Взаимоотношения по бюджету. На основе соглашения Республика Татарстан должна была платить федеральному бюджету по трем видам налогов: по налогу на прибыль - 13%; по налогу на доходы физических лиц - 1%; по НДС составлялись ежегодные соглашения между министерствами финансов РФ и РТ (в 1994-1997 гг. по 50%, в 1998 г. соглашение не было подписано, на 1999 г. разногласия также связаны с НДС). В Республике Татарстан оставлялись акцизные поступления на нефть, газ, водку, спирт, ликероводочные изделия, налог на землю, поступления от приватизации.
  8. Республика Татарстан - единственный регион, который взял на себя федеральные программы и оплату федеральных структур. В 1997 г. такая сумма составила 1 трлн. 450 млрд. руб. При разработке бюджета Республики Татарстан на 1999 г. были учтены чрезвычайные условия: снижение цен на нефть, финансовый кризис в мире, девальвация рубля, неустойчивость промышленного производства в республике. Тем не менее федеральный центр рекомендовал пересмотреть бюджет 1999 г. Он не согласился на половинное соотношение поступлений в бюджеты от НДС, хотя по расчетам Республики Татарстан доказано, что ей должно остаться не 50, а целых 60%. К тому же нужно было учитывать проблемы экологического оздоровления Юго-Востока республики.

Современная система трансфертов не стимулирует увеличение прибыли. Получается так, что чем больше регион зарабатывает, тем меньше получает. По федеральным законам Республика Татарстан вносит 50% прибылей в федеральный бюджет, а обратно получает лишь 10%. Оппоненты договорных отношений (они требуют создать "здоровую" федерацию на основе централизации) пытаются уменьшить долю НДС, остающуюся в Республике Татарстан. В результате Татарстан из республики-донора может превратиться в республику-реципиент.

Таким образом, представители федерального центра стали негативно оценивать одноканальную систему расчетов субъектов с центром, квалифицируя ее как признак конфедеративного устройства государства. Вместо одноканальной системы в рамках Договора о разграничении предметов ведения и взаимном делегировании полномочий между органами государственной власти Российской Федерации и органами государственной власти Республики Башкортостан стали приниматься ежегодные бюджетные соглашения. Как известно, Республика Башкортостан обладает устойчивой, централизованной и хорошо управляемой финансовой системой. Основой успеха бюджетно-налоговой политики республики является закрепленная конституционно-договорными отношениями значительная степень самостоятельности ее бюджетной системы, обширная налоговая база, высокий уровень собираемости налогов и эффективное управление государственными финансами.

Консолидированный бюджет республики в 1999 г. по величине доходной части занимал шестую позицию среди бюджетов субъектов РФ - после Москвы, Ханты-Мансийского автономного округа, Республики Татарстан, Санкт-Петербурга и Московской области - и вошел в число 12 регионов, формирующих 2/3 федерального бюджета. При этом доля консолидированного бюджета Башкортостана в налоговых доходах совокупного бюджета субъектов РФ составила 3,4%.

Предпринятая в 1995-2000 гг. бюджетная реформа позволила сохранить высокий уровень собираемости налогов, провести консолидацию бюджета и внебюджетных фондов, укрепить устойчивость фискальной политики. При этом республика сумела избежать значительного увеличения государственного долга и роста доходов по его обслуживанию. Башкортостан на протяжении последних лет является донором федерального бюджета и обеспечивает максимально возможное исполнение планируемых налоговых доходов федерального бюджета на своей территории. В последние годы положительное сальдо поступлений и расходов бюджета Российской Федерации на территории Республики Башкортостан возросло, составив в 1999 г. 4454 млн. руб., а в 2000 г. - 8572 млн. руб. Кроме этого, в соответствии с межбюджетным соглашением из бюджета Республики Башкортостан, включая 2000 г., осуществлялись расходы по федеральным программам, а также финансировались учреждения федерального ведения, находящиеся на территории республики. Часть этих расходов финансировалась за счет дополнительно передаваемых из федерального в республиканский бюджет 25% НДС, собранного на территории республики. Начиная со второй половины 2000 г. Республика Башкортостан во взаимоотношениях с федеральным центром перешла на общероссийские стандарты. При этом обязательства по финансированию федеральных организаций и мероприятий вновь перешли к федеральному бюджету, а дополнительные доходные полномочия Республики Башкортостан были отозваны.

Провозглашенный в октябре 1990 г. суверенитет Башкортостана определил форму взаимоотношений с Российской Федерацией, в том числе и в бюджетно-налоговой сфере, как договорную. Республика имела право самостоятельно определять общие принципы налогообложения и сборов в бюджет на основании принятых ею законов и дополнительно заключаемых соглашений с федеральными органами власти по этому вопросу.

Следующим шагом на пути укрепления самостоятельности Башкортостана в бюджетно-налоговой сфере стало принятие в декабре 1993 г. Конституции Республики Башкортостан. Конкретизацией принципов, заложенных в Конституции Российской Федерации, Конституции Республики Башкортостан и Федеративном договоре, послужил Договор Российской Федерации и Республики Башкортостан "О разграничении предметов ведения и взаимном делегировании полномочий между органами государственной власти Российской Федерации и органами государственной власти Республики Башкортостан" (от 3 августа 1994 г.). По нему к ведению органов государственной власти Башкортостана относятся формирование консолидированного бюджета республики, определение общих принципов налогообложения и сборов в бюджет. При этом, однако, бюджетно-финансовая политика республиканских властей должна быть согласована с федеральной.

В 1993 г. правительство республики осуществляло перечисление средств в федеральный бюджет в размере 5% от общей суммы собранных налогов, а с января до августа 1994 г. (момента подписания первого межбюджетного соглашения) - 10% от общей суммы собираемых налоговых поступлений.

Первое соглашение о бюджетных взаимоотношениях было заключено 3 августа 1994 г. Его действие было продлено, с отдельными изменениями, до 2000 г. В соответствии с положениями соглашения, Башкортостан принимал на себя обязательства вносить в федеральный бюджет: поступления по налогу на прибыль, взимаемому по ставке 13%; 75% поступлений по налогу на добавленную стоимость; 100% доходов от внешнеэкономической деятельности за вычетом расходов, произведенных Республикой Башкортостан на выкуп валют по региональным квотам.

Уже с 1992 г. Башкортостан осуществлял фактическое финансирование федеральных учреждений, а также расходов по федеральным программам на своей территории. Эти расходы были частично компенсированы долей федеральных налоговых сборов, оставляемых в республиканском бюджете. С 1995 г. эта практика была закреплена соответствующими положениями соглашения. В ведение Башкортостана передавались подлежащие перечислению в бюджет Российской Федерации акцизы и 25% НДС в счет финансирования из республиканского бюджета согласованных сторонами расходов на осуществление мероприятий по оздоровлению экологической ситуации в Республике Башкортостан, а также по финансированию федеральных расходов и программ. Впоследствии эти решения были оформлены соответствующими протоколами и соглашениями. Республика Башкортостан при самостоятельном проведении бюджетно-налоговой политики следует российскому законодательству об основах бюджетной системы, в связи с чем на ее территории собираются федеральные налоги и сборы, введенные в действие после заключения Соглашения.

Таким образом, в 1997-1999 гг. в федеральный бюджет поступали следующие налоговые сборы:

  • налог на прибыль (по ставке 13% в соответствии с соглашением);
  • НДС (50% от общих поступлений по соглашению);
  • доходы от внешнеэкономической деятельности - 100%;
  • единый налог на совокупный доход для субъектов малого предпринимательства (33,33% от общих поступлений - в соответствии с федеральным законом);
  • сбор за перекачку, перевозку и налив нефти (100% от общих поступлений);
  • налог на покупку денежных знаков и платежных документов, выраженных в иностранной валюте (60%);
  • прочие малые налоги и платежи (налог на операции с ценными бумагами, госпошлина по делам, рассматриваемым в Конституционном суде РФ, Высшем арбитражном суде РФ, Верховном суде РФ, - по законодательству Российской Федерации).

Законом о бюджетной системе Республики Башкортостан на 2000 г. (Закон Республики Башкортостан от 20 ноября 1999 г. "О Государственной бюджетной системе Республики Башкортостан на 2000 год") установлены следующие отчисления в федеральный бюджет для осуществления делегируемых Российской Федерации полномочий на финансирование общероссийских социально-экономических программ:

  • налог на прибыль по ставке 11%;
  • НДС - 50% от общих поступлений;
  • налог на покупку иностранных денежных знаков - 60%;
  • единый налог с совокупного дохода субъектов малого предпринимательства - 33,33%;
  • единый налог на вмененный доход для определения видов деятельности, уплачиваемый предприятием, - 25%;
  • государственная пошлина по делам, рассматриваемым арбитражными судами, Конституционным судом РФ и Верховным судом РФ, - 100%.

23 марта 2000 г. в рамках проводимого Российской Федерацией в 1999-2001 гг. реформирования межбюджетных отношений подписано Соглашение о мерах по оздоровлению государственных финансов и условиях оказания финансовой помощи бюджету Республики Башкортостан. В соответствии с ним с 1 июля 2000 г. расщепление налогов производится по установленным федеральным нормативам. Это означает, что часть доходов бюджета, ранее поступавших в бюджет республики, перечисляется в федеральный бюджет. Однако достигнутый уровень роста экономического потенциала и устойчивая финансовая система позволяют обеспечить бесперебойное исполнение всех принятых обязательств. Одновременно принятые ранее обязательства по финансированию федеральных учреждений и мероприятий на территории республики передаются на финансирование из федерального бюджета через Управление федерального казначейства Российской Федерации по Республике Башкортостан.

Республика Башкортостан является донором федерального бюджета, что нашло отражение в законах о федеральном бюджете на 1992-2001 гг., не предусматривающих выделение средств на финансовую помощь республике (формальный признак донорства региона).

С 2000 г. понятия "донор" и "реципиент", по существу, размыты, т. е. наблюдается реципиентство практически всех регионов-субъектов. Это является свидетельством несовершенства бюджетной системы РФ, показателем ее излишней централизации и, следовательно, низкой эффективности, вызванной раздуванием аппарата. К слову сказать, даже в тот период, когда Российская Федерация еще располагала 10 донорами из общего количества 89 субъектов, качественная структура донорства принципиально расходилась. Например, если донорство Республики Башкортостан основывалось на энергоносителях (т. е. на производственных факторах, пусть и с большой долей сырья), то донорство Москвы обеспечивалось за счет банковских, таможенных и других услуг. При этом если донорство первого субъекта использовалось для пополнения федерального бюджета, то второго - для повышения жизненного уровня столичных жителей.

В настоящее время разделение всей суммы собранных налогов между федеральными, региональными и местными бюджетами примерно следующее: федеральный центр - 55%, регионы - 40%, муниципалитеты - 5%. На 2005 г. был запланирован дефицитный бюджет Республики Башкортостан. В общей схеме разграничения основных налоговых полномочий и доходных источников между уровнями бюджетной системы РФ предусмотрено, что все поступления от таможенных пошлин, НДС, полезных ископаемых, добываемых на континентальном шельфе, акцизов на газ, бензин, спирт, автомобили, товаров, ввозимых в Российскую Федерацию, уйдут в федеральный бюджет.

Таким образом, межбюджетные отношения Республики Башкортостан с Российской Федерацией приведены в соответствие с федеральным законодательством. На примере Республики Башкортостан можно утверждать, что осуществлен полный переход на единые бюджетные взаимоотношения между федеральным центром и субъектами РФ без учета особенностей внутри отдельных групп субъектов.

Демографические проблемы

Демографическая ситуация в Российской Федерации на современном этапе оценивается как неудовлетворительная. Каждый год фиксируется процесс абсолютного уменьшения населения. Так, если на начало 1992 г. население страны составляло 148,7 млн. чел., то на начало 1995 г. - 147,9 млн. чел., на начало 1996 г. - 147,6 млн. чел., на начало 2000 г. - 145,6 млн. чел., а на начало 2003 г. - 143,1 млн. чел. Следовательно, в Российской Федерации в 1990-е гг. начались депопуляционные процессы - абсолютное уменьшение населения в результате превышения смертности над рождаемостью. Согласно Всероссийской переписи населения 2002 г. население страны с 1989 по 2002 г. уменьшилось на 1,8 млн. чел. В целом по Российской Федерации в 2002 г. рождаемость составила 9,8 на 1000 чел., а смертность - 16,3 на 1000 чел. Это привело к отрицательному естественному приросту населения (-6,5 на 1000 чел.). Абсолютный показатель естественной убыли населения за 2002 г. составил 935,3 тыс. чел. Эта цифра представляет собой разницу между числом родившихся (1397,0 тыс. чел.) и числом умерших (2332,3 тыс. чел.). Фактором, сдерживающим снижение численности населения, служит миграционный прирост, который составил в 2002 г. 77,9 тыс. чел. Показатели рождаемости, смертности и естественного прироста населения приведены в табл. 8.4.

Таблица 8.4. Рождаемость, смертность и естественный прирост населения (на 1000 чел.)
Год Российская Федерация Республика Башкортостан Республика Татарстан
Рождаемость Смертность Прирост (убыль) Рождаемость Смертность Прирост (убыль) Рождаемость Смертность Прирост (убыль)
1990 13.4 11.2 2.2 16.1 9.6 6.5 15.3 9.9 5.4
1993 9.4 14.5 -5.1 11.6 12.5 -0.9 11.0 11.9 -0.9
1994 9.6 15.7 -6.1 11.6 13.3 -1.7 11.2 13.0 -1.8
1995 9.3 15.0 -5.7 11.2 12.7 -1.5 10.4 12.9 -2.5
1996 8.9 14.2 -5.3 11.0 12.1 -1.1 10.1 12.2 -2.1
1997 8.6 13.0 -5.2 10.7 12.0 -1.3 9.9 12.3 -2.4
1998 8.8 13.6 -4.8 10.8 11.8 -1.0 9.8 12.0 -2.2
1999 8.3 14.7 -6.4 10.0 12.8 -2.8 9.3 12.4 -3.1
2000 8.7 15.4 -6.7 10.1 13.0 -2.9 9.4 13.2 -3.8
2001 9.1 15.6 -6.5 10.4 13.4 -3.0 9.5 13.3 -3.8
2002 9.8 16.3 -6.5 11.1 14.1 -3.0 10.2 13.7 -3.5
2003 10.2 16.4 -6.2 11.1 14.2 -3.1 10.2 13.8 -3.6

Многие характеристики демографической ситуации по Российской Федерации повторяются и в республиках. Прежде всего, это показатели рождаемости и смертности. В 2002 г. естественный прирост населения (разность между родившимися и умершими на 1000 чел. населения) колебался от -8,2 (Республика Карелия) до 12,1 (Республика Ингушетия). Следует подчеркнуть, что наибольший показатель естественной убыли населения среди субъектов РФ отмечался в Псковской области (-15,1). На этом фоне Башкортостан и Татарстан, для которых стали характерны отрицательные показатели прироста населения (-3,0 и -3,5 соответственно), занимают промежуточное положение. Однако в главном - абсолютном росте населения двух республик - наблюдаются принципиальные различия. В этих двух республиках положительное сальдо миграции населения, перекрывая отрицательное сальдо между рождаемостью и смертностью, обеспечивало до последних лет ежегодный рост населения. В Республике Башкортостан численность постоянного населения выросла с 4042 тыс. чел. на 1 января 1993 г. до 4109 тыс. чел. на 1 января 2000 г., а в Республике Татарстан - с 3723 тыс. чел. до 3782 тыс. чел. соответственно. Разумеется, в период становления рыночных отношений, когда значительная часть трудовых ресурсов оказывается незанятой, эти процессы не могут не оказывать негативного воздействия. Однако в глобальном плане социально-экономического развития республик и консолидации народов, образующих их, трудно переоценить значение положительного сальдо миграции.

Впрочем, с 2001 г. и в этих республиках положительное сальдо миграции перестало перекрывать естественную убыль населения. В результате абсолютная численность населения стала уменьшаться. В Республике Башкортостан на начало 2003 г. население составило 4080 тыс. чел., а в Республике Татарстан - 3761 тыс. чел.

Наша цель - проанализировать сложившуюся ситуацию в Башкортостане и Татарстане за 1990-2003 гг., уделив особое внимание миграции населения. Сразу подчеркнем, что ввиду относительной отсталости науки и научной инфраструктуры в указанных республиках в советское время "утечка мозгов", в большей степени характерная, скажем, для Москвы и Санкт-Петербурга, здесь была выражена меньше. Создание впоследствии собственных академий наук явилось прямым фактором, тормозящим этот процесс. Эмиграция этнических евреев и немцев на их историческую родину также выражена в этих республиках весьма слабо.

Методологические особенности подхода заключаются в следующем. В Республике Башкортостан три народа - башкиры, татары, русские - составляют около 90% населения. В Татарстане на долю татар и русских приходится 92% всего населения. С учетом этого миграционные потоки изучались в целом с дифференциацией по республикам в разрезе указанных национальностей. Территориальный же разрез охватывает 15 республик бывшего СССР. В таблице 8.5 приводятся сводные показатели миграции населения.

Таблица 8.5. Миграция населения по Республике Башкортостан (1990-2003 гг.) и Республике Татарстан (1990-2000 гг.), % к итогу
Показатель Башкортостан Татарстан
Башкиры
Прибытие 29.1 —
Выбытие 29.7 —
Сальдо 25.3 —
Татары
Прибытие 30.3 54.1
Выбытие 29.1 49.9
Сальдо 37.8 73.0
Русские
Прибытие 26.7 32.6
Выбытие 27.5 36.7
Сальдо 21.4 14.2

Абсолютные показатели миграции за указанный период выражаются следующими цифрами. В Башкортостане разница между прибытием и выбытием, т. е. положительное сальдо миграции, составила 197 433 чел. Из общего количества на долю башкир приходится 49 893, татар - 74 593, русских - 42 207 чел. В Татарстане положительное сальдо миграции составило за 1990-1998 гг. 138 033 чел., в том числе татары - 102 692, русские - 18 813 чел.

Из анализа этих показателей вытекают следующие выводы. В Башкортостане три наиболее многочисленных народа обеспечивают 84,5% положительного сальдо между прибытием и выбытием, что на 2,5-3% ниже суммарного удельного веса башкир, татар, русских во всем населении. Следовательно, в миграции населения в Башкортостане другие народы участвуют более активно; доля же башкир и татар в положительном сальдо прибытия и выбытия (25,3 и 37,8% соответственно) выше их удельного веса во всем населении республики (21,9 и 28,4% соответственно - по переписи 1989 г.). Таким образом, за последние годы усилился процесс возвращения башкир и татар в республику, откуда в различные периоды прошлого столетия выезжали непосредственно они сами или же их родственники; на долю государств Средней Азии и Казахстана приходится львиная доля положительного сальдо. В 1995 г. они обеспечивали 84,3% (без учета Российской Федерации). В Татарстане национальный состав мигрантов более однороден: татары обеспечивают в среднем около 4/5 положительного сальдо.

Хотя максимальные значения прибытия и выбытия приходились на 1994 г. (Башкортостан) и 1992 г. (Татарстан), тем не менее поток мигрантов ослабевает весьма медленно, с колебаниями из года в год. Можно предположить, что в свое естественное русло он войдет лишь лет через десять.

Вопросы для самопроверки

  1. Как вы понимаете асимметричную федерацию?
  2. Как вы понимаете диспропорцию между экономическим потенциалом и распознаваемостью регионального народнохозяйственного организма?
  3. Какие обобщающие показатели присущи региону в соответствии с марксистской концепцией? Каковы их достоинства и недостатки?
  4. Какие обобщающие показатели присущи региону в соответствии с рыночной концепцией? Каковы их достоинства и недостатки?
  5. В чем суть критической оценки показателя "валовой региональный продукт" на уровне республики?
  6. Опишите бюджетно-налоговые проблемы регионов в советской экономике.
  7. Опишите бюджетно-налоговые проблемы регионов в постсоветское время.
  8. В чем сходство и отличие между демографическими процессами, происходящими в РФ и республиках, входящих в нее?
< Лекция 7 || Лекция 8
Александр Бажин
Александр Бажин
Россия
Анастасия Конькова
Анастасия Конькова
Россия, Новосибирск, НГАУ, 2013